Андрей Раковский (a_rakovskij) wrote,
Андрей Раковский
a_rakovskij

У makkawity была приведена интересная ссылка с критикой концепции Гумилева. http://scepsis.ru/library/id_86.html

Оставим в покое сам спор. По крайней мере пока. :-) Интересны замечания автора о этносе.

"Моя модификация концепции этноса как явления прежде всего социальной психологии заключается в двух уточнениях. Первое: сторонники этой концепции обычно говорят о роли этнического самосознания. Мне же представляется, что нужно более полное определение - речь должна идти о коллективном сознании (что думает сам человек или даже группа людей о своей этнической принадлежности, недостаточно, надо учитывать еще и мнение окружающих). Второе уточнение: не всякая солидарность людей образует этнос (народность, нацию и тому подобное), а лишь такая, которая апеллирует к общности исторической судьбы (происхождения), пусть и мнимой, и, главное, которая предусматривает возможность (хотя бы возможность) отдельного территориально-организационного (суверенно-государственного или автономного) существования. Что выступает материальным обоснованием такой солидарности - язык или религия, раса, - не столь важно"

Вот именно, вот именно... Аппеляция к общности исторической судьбы. В свое время, публикуя мою антиминкинскую статью портал http://www.kreml.org/ почему-то так и не стал публиковать 3-ю, последнюю, часть с выводом. А в нем суть моего отношения к современным ревизионистам. Попытался объяснить чем эти "творения" не только безграмотны, но и опасны. Поэтому я повторюсь.


Произведенное выше рассмотрение тезисов статьи прекрасно показывает, что большинство из них откровенная не правда, а меньшая часть затрагивает настолько сложные, многомерные проблемы, что полностью не верно сводить эти проблемы к столь примитивным тезисам. Таким образом, не достоверными оказываются и «выводы» сделанные в данной статье.

Интерес для анализа представляют не «выводы», а собственно сами статьи.

А. Гуревич так характеризует наш интерес к прошлому «историк формулирует проблему своего исследования. Она, разумеется, диктуется логикой исторического знания, теми трудностями, с которыми оно столкнулось. Вместе с тем проблемы, которые ставит историк, прямо или косвенно связаны с потребностями современной культурной и идеологической жизни. Понятно поэтому, что проблема исследования действительно в огромной степени зависит от историка, высказывающегося как бы от имени того общества, той культуры, к которым он принадлежит. Мы не можем задавать прошлому вопросы, которые нас оставляют холодными, которые нас не интересуют. В основе всякого научного изыскания всегда лежит некий человеческий интерес. И поэтому естественно, что историк вопрошает прошлое от имени современности»[34].

Попробуем проанализировать их, относясь к ним как к неким источникам сигнализирующих не сколько о прошлом, сколько о настоящем. Пытаясь понять какие вопросы от имени современности авторы задают прошлому.
В этой же работе А.Гуревич показывает, что не зачем смущаться, если источник фальсифицирован. И такие источники «могут дать нам немаловажную информацию о представлениях и убеждениях авторов этих текстов и, следовательно, вводят нас в круг их идейных установок, т. е. помогают нам осознать характер духовной жизни эпохи».

В упомянутых статьях собственно вопросы прошлому не задается. Они «перевернуты». Авторы изначально определяют «вывод» к которому хотели бы придти и под него подгоняют аргументы. Основным раздражителем для них оказывается современное отношение общества к Великой Отечественной Войне. Делается попытка пересмотра национального мифа о ней.

Национальный миф, это не однозначное понятие. Но при всех своих недостатках, именно он-то и создает нацию. «Общая слава в прошлом и общая воля в настоящем» по выражению Ортега-и-Гассет. Современное время – это время кризиса нашей нации. Совершенно не удивительно, что в данных условиях появляются целые слои, которые пытаются построить иной, альтернативный национальный миф. И в целом в этом нет плохого. Однако по старой привычке («весь мир насилья мы разрушим…») они как начинают, так и заканчивают с попытки разрушить старый миф. Ни один из ревизионистских мифов, касающихся современной истории России и СССР, не является позитивным: они разрушают старые конструкции, но при этом не выстраивают ничего взамен. И потому, с точки зрения «теории заговора» деятельность Резунов и Фоменко можно расценить как целенаправленное воздействие на разрушение исторической памяти и ослабление патриотических чувств.

В процессе разрушения данные слои поступают вполне логично. У нас все же не целе-орентированное, а ценностно-орентированное общество. Соответственно в атаке идет удар по ценностям. Лучший вид такого удара - на эмоциональном уровне. Изменить восприятие этого периода у среднего гражданина на уровне эмоций. Естественно, что при таком подходе собственно история, что на самом деле происходило, интересует в последнюю очередь. Точнее не интересует вообще. Так как объем человеческого восприятия информации ограничен, в подобной ситуации будут запомнены не столько сухие строчки статистики, сколько «страшная картинка».

Естественным следствием из этого и получается методика подбора любых «фактов» и тезисов лишь бы они хоть как-то придавали убедительность сказанному. А если таких фактов не окажется, то ведь и изобрести можно… Вот и изобретают.

На самом деле, это движение обречено. По той простой причине, что пытаясь разрушить преемственность культуры и так и не сумев предложить что-то свое, данное движение разрушает и ту почву-культуру на которой само может только расти.

Наблюдая в преддверии 60-летия Победы наплыв фильмов, статей и телематериалов вполне определенной направленности, человек, не знакомый с историей войны очно, окончательно свыкнется с мыслью, что победой нам гордиться нечего, - режим был кровавый и ужасный, Гитлер, конечно, был хуже, но совсем немножко, так как хотел убить всех евреев вообще, а Сталин уничтожал только самых талантливых представителей своего народа и его интеллигенции; армия могла побеждать, только закидывая врага своими трупами (и вообще, все победы были одержаны только штрафбатом, в спину которого стрелял заградотряд); на оккупированной территории советские войска были хуже фашистов, не уступая им в насилии и мародерстве. Между тем, на фоне отсутствия у нас до сих пор государственной идеологии победа в войне является одним из наиболее важных знаковых событий, служащих источником патриотизма. Когда же каждое из подобных знаковых событий дискредитируется, у нас получается страна, которую не хочется и незачем защищать. Что в ней было и есть такого, что достойно сохранения?

Не стоит создавать новый национальный миф, наблюдая, как исчезает реальная историческая память о наших предках
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author