May 29th, 2006

я

(no subject)

Тут pioneer_lj подымает вопрос о восстании левых эсеров в 18-м. http://pioneer-lj.livejournal.com/919300.html#cutid1 Конспирология, деньги Антанты, странности в судьбе Блюбмкина и т.д. и т.п.

Могу сказать одно. Протоколы допросов Блюмкина по "горячим следам" были опубликованы во 2-м томе "Красная книга ВЧК". И если их не предвзято читать, то вырисовывается совсем иная картина. Она же перечеркивает и версию с антантовским следом. Левые эсеры были против Бресткого мира вовсе не потому, что он усиливал Германию или из-за национального унижения. Нет! Такими вещами они не заморачивались. Они были против него, потому что он являлся препятствием для развития мировой революции. Именно с этих соображений они рассматривали этот договор как предательство. Так что не любителям большевиков могу только заметить - победа большевиков и подавление этого восстания - благо для России. Победили бы эсеры - была бы такая кровавая замятня, что даже и то что произошло в гражданскую выглядело бы как тишь и благодать.
я

И еще раз о дискуссии с Суворовцем.

Поучавствовав в http://u-96.livejournal.com/550738.html, и так ничего не сумев ответить, он делает "заключение" http://dmitrij-sergeev.livejournal.com/11033.html

Как будто со стеной говоришь.
Collapse )

Таким образом оба тезиса которые автор представляет как "недискутабельны", априори ошибочными, на самом деле имеют смысл и свою систему доказательств. Просто так, как бы этого не хотелось, от них не отмахнуться. Нужен разбор и дискуссия. А вот ее-то как раз и нет. Почему нет? Почему автор так упорно уходит от спора, на предъявление аргументов и фактов не оспаривает их а просто сворачивает дискуссию?

Ответ прост как грабли. Потому что перед нами не история, а пропаганда. При истории всегда есть место для дискуса. А вот при пропаганде таки-да - целевая аудитория это у кого не сформулировано еще свое мнение. Именно по этому (сеанс саморазоблачения!) автор заканчивает сказанное утверждением, что на остальных не стоит и тратить время.
  • Current Music
    Митяев "Шарлевинь"